Март 1983 года, Западная Германия: группа Nena с одноимённой 23-летней вокалисткой Габриэле Кернер выпускает второй сингл «99 Luftballons». Через два месяца - #1 в Германии. Через год - #2 в Billboard Hot 100 США в немецкоязычной версии. Это впервые с 1961 года (когда «Wooden Heart» Элвиса Пресли была на #107), когда немецкая песня на немецком языке взяла верхнюю часть американских чартов. «99 Red Balloons» (английская версия) тем же летом поднялась до #1 в Великобритании. Общий мировой тираж сингла к 1984 году - 5 миллионов копий.
Как родился трек
«99 Luftballons» написали внутри группы: слова - Карло Карджес, гитарист; музыка - Уве Фаренкрог-Петерсон, клавишник. Идея текста пришла Карджесу на концерте Rolling Stones в Западном Берлине 6 июня 1982 года. Организаторы выпустили в небо сотни воздушных шаров. Карджес смотрел, как они дрейфуют на восток - к границе ГДР и дальше к советскому воздушному пространству - и задумался: что если их примут за ракетную атаку? Из этой мысли за один вечер он написал полный текст.
Фаренкрог-Петерсон сочинил мелодию в течение недели. Первоначальная демо-запись была агрессивнее - почти пост-панк. Продюсер Манне Прэкер из CBS Germany настоял на чистой синтипоп-аранжировке, чтобы трек попал в MTV-ротацию. Запись шла в студии Dierks Studios (та же, где через год запишут «Forever Young» Alphaville - подробнее). Три недели, бюджет примерно 85 000 марок.
Аранжировка
«99 Luftballons» - один из немногих треков 1983 года, где синтезаторы и живые инструменты смешаны в равных долях. Roland Jupiter-4 (четырёхголосный предшественник Jupiter-8) играет ведущий лид; Sequential Circuits Pro-One - басовую линию; LinnDrum - ритм. Но поверх этого - живая гитара Карло Карджеса (Fender Stratocaster через Marshall) и живая бас-гитара Юргена Дерса.
«Мы не хотели делать чистый синтипоп. Нам нужно было, чтобы у трека были "мозоли". Чтобы в нём была кровь», - Фаренкрог-Петерсон в интервью Rolling Stone Germany в 2003 году, к 20-летию релиза.
Гитарный запил в бридже (между вторым и третьим куплетом) - это отсылка к Deep Purple. Карджес вырос на «Smoke on the Water», и его партия в «99 Luftballons» - сознательная цитата. В немецкой версии этот момент воспринимается как протест против милитаризма; в английской он просто звучит круто.
Чарты
Трек продвигался в чартах необычно быстро. К маю 1983-го в Германии - #1, где продержался 9 недель. В Швейцарии - #1 11 недель. В Нидерландах - #1 14 недель (рекорд года). Американский прорыв пришёл через американскую радиосеть KROQ Los Angeles, которая начала крутить немецкую версию осенью 1983-го. К февралю 1984-го сингл был в Billboard топ-10 - уникальная ситуация для немецкоязычной песни.
- Германия: #1, 9 недель (май-июль 1983)
- США: #2 Billboard Hot 100 (март 1984) - удержан с первого места треком «Jump» Van Halen
- Великобритания: #1 (английская версия, март 1984), #36 (немецкая версия)
- Нидерланды: #1, 14 недель
- Швейцария: #1, 11 недель
- Канада: #1 RPM Singles (март 1984)
- Япония: #3 Oricon International
Этот результат для немецкоязычной песни остаётся непобитым до 2024 года. Ни Peter Schilling с «Major Tom», ни Udo Jürgens, ни Herbert Grönemeyer - никто из немцев не повторил успех «99 Luftballons» в англоязычных чартах.
Английская версия - политическая правка
Для «99 Red Balloons» английский текст написал Кевин МакАлеа, британский клавишник (впоследствии работал с Барри Манилоу). МакАлеа сохранил общий сюжет, но убрал политические остроты - вместо прямого упоминания «99 воздушных шаров превращают 99 лет страха в 99 мгновений решения» он дал более мягкое «99 dreams I have had, in every one a red balloon». Nena это не нравилось.
«Английская версия потеряла 40% смысла, но добавила 80% продаж. Такие компромиссы и называются поп-индустрией», - Gabriele Kerner в интервью Der Spiegel в 1995 году.
В 1990-х радио в Америке начало возвращаться к немецкому оригиналу. К 2010 году стримовые платформы показывали чёткую картину: американские слушатели выбирают немецкую версию в 3 раза чаще английской. Политический подтекст, убранный МакАлеа, оказался главной ценностью записи.
Что осталось в музыке
«99 Luftballons» сделала две вещи, которые не делал до неё никто из немецкой поп-сцены. Первое - она показала, что политическая песня может быть танцевальной. До Nena политическое в немецком роке было преимущественно в формате Udo Lindenberg или Karat - балладная агитация. После Nena - танцпол стал легитимной площадкой для высказываний.
Второе - немецкий язык в поп-музыке перестал быть провинциальным. Американская публика, которая принципиально не слушала иностранные тексты (последний такой кейс - Les Paul в 1951-м с французской «Mockin' Bird Hill»), внезапно открыла для себя, что содержание песни важнее понимания слов. Это открыло дорогу «Voyage Voyage» Desireless, «Macarena» Los del Rio, «Gangnam Style» PSY - всему иноязычному материалу, который прорывался в англоязычный мир в следующие 40 лет.